— Квадратный трёхчлен! — вдруг гаркнул Радикс, да так громко, что Илюша даже вздрогнул.
Немедленно на стене воцарился полный порядок. И Илюша в великом смущении увидел следующее:
( x + a ) ( x + b ) = x 2 + ( a + b ) x + ab
x 2 + 10 x + 9 = ( x + 1) ( x + 9)
— Фу, какая ерунда! — воскликнул Илюша в искреннем огорчении. — И как это я мог такую простую вещь позабыть?
— Отсюда совершенно ясно, — продолжал Радикс, — что поскольку... Впрочем, этот маленький инцидент тоже возможно полагать исчерпанным. Не правда ли?
Илюша смотрел куда-то в сторону и еле выдавил из себя неопределённое мычание. А алгебраические знаки опять пошли ползать по стене, кто куда. Илюша посмотрел на них и подумал: что же тут в конце концов особенного, что он забыл? А когда показали, он сейчас же и вспомнил. Одним словом, он несколько приободрился.
— Так, вот, — вымолвил Радикс, посматривая на него немного искоса. — А скажи, пожалуйста, как ты относишься к песенкам?
— К песенкам?.. — нерешительно повторил мальчик, не понимая, куда он клонит. — Да в общем... как тебе сказать... ничего отношусь. К некоторым.
— Так не спеть ли нам песенку?
— Какую песенку?
— А вот увидишь. Повторяй за мной и не сбивайся. А ну-ка!
И они запели следующую песенку:
Кто усидчив и проворен.
Тот нигде не пропадёт.
Он посмотрит прямо в корень...
То есть нет, совсем не в корень,
Нет, не в корень, а под корень,
Карандашик погрызёт,
Поглядит и извлечёт.
Кто усидчив и проворен,
Тот нигде не пропадёт!
Песенка показалась Илюше недурной, а самое главное — Илюша заметил, что песенка эта волшебная. Волшебство же её заключалось в том, что хоть Илюша никогда её не слыхивал, но в ней было что-то ужасно знакомое и как раз то самое, что хотелось спеть Плюше. Потому-то, наверно, он и не сбивался, когда пел её.
